Безумно что-то в королевстве Датском: «Гамлет» в Одном театре

В краснодарских театрах в разгаре эпидемия шекспиромании — в драмтеатре показали «Укрощение строптивой», в Молодежном театре идут репетиции «Гамлета», но независимый Один театр его опередил и 24 апреля представил свою версию великой трагедии.

Постановщиком выступил заслуженный артист Краснодарского края Алексей Мосолов, хорошо известный не только как актер (Краснодарский театр драмы, Один театр), но и как режиссер популярных спектаклей Одного театра — «Затворник и Шестипалый», «Параллели» и «Кай и Людмила». Кстати, «Гамлет» для Мосолова — территория не совсем неизведанная, 15 лет назад он играл Горацио в до сих пор многим памятном спектакле Александра Огарева в Краснодарском театре драмы.

С учетом всех вводных, от «Гамлета» в Одном театре ожидалось нечто весьма необычное и, быть может, даже шокирующее. Масла в огонь зрительских ожиданий подливали и атмосфернейшие промофото Виктории Визирякиной, на которых актеры запечатлены на Всесвятском кладбище — ну просто верните нам наш 2007-й с его готами во всех оттенках черного.

«Может, это будет очень мрачная история, погружающая в безумие и экзистенциальный кризис?» — волновались (или надеялись?) зрители. «Может, а зачем?» — ответил своим «Гамлетом» Алексей Мосолов. Впрочем, справедливости ради, на недостаток безумия жаловаться не пришлось.

О бедный Гамлет! Я знал его…

Итак, место действия — Эльсинор в Датском королевстве. Поговаривают, там что-то прогнило, но вы не верьте, там не прогнило, там треснуло и вот-вот разлетится. Во всяком случае, если судить по сценографии (за нее отвечает Костя-художник). Стены в замке Эльсинор оклеены неровными обрывками бумаги, между которыми ясно угадываются широкие трещины, с потолка свисает огромная люстра, на авансцене слева — песочница, в ней сломанная кровать с металлическими спинками.

Время от времени на сцене будут появляться стол, табуретки и еще одна кровать (для разнообразия целая). Вот, собственно, и все убранство. Зритель как будто застает Эльсинор накануне сноса — все ценное уже вывезли, обои сорвали, и вот-вот по стенам начнет лупить экскаватор-разрушитель. Кстати, вот и он сам. Знакомьтесь, Гамлет, принц Датский.

На главную роль Мосолов выбрал Михаила Золотарева, а на роль его злодея-дядюшки короля Клавдия — Артема Акатова. Тандем, сложившийся еще в «Затворнике и Шестипалом», в «Гамлете» смотрится органично — снова Акатов с высоты прожитых лет поучает и вразумляет, а Золотарев с его намертво вшитыми установками, не способен сразу понять. Да, тут Клавдий поначалу как будто искренне верит сам и пытается объяснить дожившему до седых волос, но не нажившему мудрости, племяннику, что «решили мы в супруги взять сестру и ныне королеву нашу, наследницу военных рубежей, со смешанными чувствами печали и радости» и «надо будет сдержаннее впредь скорбеть». Дескать, ну хватит уже бунтовать, взрослые люди приняли взрослое решение, тебе тоже уже не 15, сколько можно спать в песочнице на кладбище…

Но Гамлет застрял и в песочнице, и в подростковом бунте. На контакт он идти не желает, он желает сходить с ума и сводить с него и обитателей королевства, и зрителей. Пусть вас не обманывает заявленный жанр — «Гамлет» в Одном театре точно не трагедия. Спектакль похож на постоянно меняющийся узор в калейдоскопе, где фрагментов фарса и абсурда всегда оказывается больше, чем каких-то других.

Абсурден Клавдий — режиссер представляет его не столько злодеем, сколько подкаблучником, которому выдали корону, но главная в доме все равно Гертруда (Ирина Мальцева). Абсурдна и поистине безумна Офелия (Дарья Женихова), сначала прячущаяся в коконе из одеяла, а в финале топящаяся в ведре. Абсурден ее экспрессивный брат Лаэрт (Роман Бурдеев) в белых лосинах и цветастой рубахе, а сцена их дуэли с Гамлетом — это буквально «он понял, что его будут бить, может быть, даже ногами». Бьют именно ногами. От манекенов. Кстати, пластиковой расчлененки во втором акте будет очень много, но к тому моменту, когда она начнет летать по сцене и когда все персонажи забьются в агонии, у вас, вероятнее всего, уже наступит стадия принятия, и происходящее станет восприниматься почти как норма — иначе в этом королевстве Датском и произойти не могло.

Наименее фарсовым и наиболее понятным зрителю выглядит Полоний (засл. арт России Равиль Гилязетдинов). Пока мир сходит с ума, Полоний пытается его в меру сил упорядочить и объяснить. Сделать героя последним бастионом адекватности, хоть и относительной, — несомненно удачное решение, чтобы после его гибели окончательно «взорвать» Эльсинор и сорвать его обитателям крыши, которые и так не слишком крепко держались.

И когда Гораций (Антон Семко) и Розенкранцагильденстерн (Денис Федосов и да, тут персонаж един в двух лицах) в финале накидывают на сцену полиэтилен, из глубин памяти всплывает старая шутка про запрещенку: накрыло стол, накрыло стулья, но больше всего накрыло Гамлета. Ну, и зрителей, конечно.

Читайте также:

Как приручить дракона: «Укрощение строптивой» в Краснодарском драмтеатре.